Согласно «Песни о Риге» (Rígsþula), общественные классы скандинавов появились мистическим и достаточно простым путём. Древний бог Хеймдалль (Heimdallr) переодетым путешествовал по своим владениям, приняв имя Риг (Rígr). В этом обличье он имел половую связь с тремя женщинами, каждая из которых родила ему детей. Первая женщина родила выводок низких, тёмных и безобразных отпрысков, ставших рабами, которым был поручен тяжёлый сельскохозяйственный и неквалифицированный ручной труд. Вторая произвела карлов – больших, здоровых, краснолицых и рыжеволосых людей с большими мускулами, ставших кузнецами и ремесленниками, выполнявшими требующие квалификации задачи, и которые также в большинстве случаев были владельцами небольших участков земли. Третья женщина дала рождение ярлам – аристократам, высоким, стройным людям со светлыми волосами и жёсткими, холодными, змеиными глазами, которые сражались и использовали оружие, охотились, играли в игры и не работали.
Поэт, так живо описавший три класса древненорвежского населения, дал нам бесценную картину населения Скандинавии в дохристианский железный век. Рабы, безземельные слуги, были частично пленниками, привезёнными в Скандинавию норвежскими мореходами, но это объяснение нельзя использовать для всего класса рабов в целом. Трёхклассовая система была древним скандинавским институтом, общим для большинства индоевропейцев, и вряд ли завоеватели железного века из Центральной Европы появились в Скандинавии без своих слуг. По меньшей мере часть класса рабов нужно считать потомками дунайцев, динарцев и альпийцев, импортированных своими более аристократическими повелителями, и которые составили в смеси с нордиками низший класс изначального населения.
Двойников карлов так сразу не найти в Центральной Европе. Вероятно, они в большой степени были автохтонами – прототипами населения Йерена, Трённелага и Валле времени бронзового века. Физические характеристики этих карлов ясно противопоставлены более нордическому описанию ярлов, очевидно, составлявших высший класс группы завоевателей железного века, включая многих бондов – свободных землевладельцев без титула, которых, очевидно, было немало.
Давайте рассмотрим историческую работу Снорри Стурлусона (Snorri Sturluson). Этот эрудированный учёный пишет о богах так, как если бы они были людьми, и трактует их мифические деяния как историю. Его рационализация кажется сверхъестественно точной. В первую очередь, Асгард (Ásgarðr), дом богов, был городом на северном побережье Чёрного моря. Эти боги сражались с народом по имени ваны, с которыми они в конце концов согласились обменяться заложниками. Один (Óðinn), король богов, согласился взять Фрейрa (Freyr) и Фрейю (Freyja), двух ванов, и они вскоре были обожествлены среди своих хозяев. Затем боги покинули Асгард и двинулись на север; они путешествовали в Дании и прошли без особых затруднений в Швецию. Эта страна стала их главным домом, а Уппсала – главным центром. Поклонение Одину, возникшее среди их потомков, королей и ярлов, было сконцентрировано особенно в этой местности, как и поклонение Фрейру и Фрейе.
Тор (Þōrr), бывший сельским богом потасовок, редко упоминается в асгардской истории; очевидно, он был более древним богом и особым божеством прибрежного населения Норвегии. Один был сложным персонажем, носившим превосходно сплетённый синий плащ и железное копьё. Тор одевался в шкуры, носил в качестве оружия молот и ездил на колеснице, запряжённой козлами. Если мы предположим, что Один был главным богом, привнесённым завоевателями железного века и окружённым атрибутами роскоши, то Тор, очевидно, был богом более древнего населения, класса карлов, и он представляет собой и по своим атрибутам смешение между крепкими мезолитическими охотниками и рыболовами и строителями мегалитов и шнуровиками. Его связь с последними ясно демонстрируется его привязанностью к двухголовому молоту, который, вероятно, был нечем иным, как ладьевидным топором.
Поклоняющиеся Одину и Фрейру имели особый интерес к лошадям: этим богам совершались конские жертвоприношения, а Фрейру был посвящён культ бальзамированного конского пениса. В Норвегии лошадь как погребальный объект в определённой степени заменили кораблём; корабли делались карлами, которые научились этому ремеслу от своих мегалитических предшественников и предков. С внедрением железа кораблестроение стало процветать, и викинг был ни больше ни меньше чем центральноевропейским нордиком-мореходом, сменившим своего коня на скакуна, более подходящего к окружающей среде, сотрудничая с сильным корпусом местных ремесленников и воинов, в чей расовый корпус вскоре влилась его собственная группа.
Выдержка из книги Carleton Stevens Coon «Расы Европы».
Væringjavegr ᛝ Fennoskandia